Музыка Грига, с её порой демоническими нотками, становится не просто фоном, а живым воплощением эмоций и движений, ведущим зрителя сквозь сложные, но завораживающие мифические миры. Хореография, с одной стороны, опирается на классический балетный канон, а с другой — смело впускает в себя элементы народного танца, пантомимы и театрального экспрессионизма, создавая пластически насыщенный мир иллюзий и поиска собственного «я».