Донбасс Опера. 89-й театральный сезон

Виталий Ходош «Беззащитное существо», «Ведьма»: пресс-релиз

Театральная гостиная Донецкого театра оперы и балета 15 октября представит вниманию зрителей премьеру оперы «Беззащитное существо. Ведьма» В. Ходоша по одноименным рассказам А. Чехова.

Постановочная группа:

Режиссер-постановщиклауреат международного конкурса Наталья Ширяева
Дирижер – Сергей Дубницкий
Художник-постановщиклауреат международного конкурса Наталья Ширяева
Художник по костюмам – Оксана Кубекина
Художественное оформление – Геннадий Паниотов, Марина Муравьева
Художник по свету – Изабелла Николаенко
Концертмейстерылауреат международных конкурсов Алена Чотий, Рустем Сердюк

Два абсолютно разные чеховские произведения гармонично сочетаются в одном спектакле.

Режиссер-постановщик Наталья Ширяева неслучайно выбрала для постановки «Беззащитное существо» и «Ведьму» Виталия Ходоша. Все дело в том, что в прошлом году Наталья уже поставила на сцене Театральной гостиной оперу-шутку «Медведь» композитора В. Ходоша по произведению А. Чехова. Эти три оперы составляют своеобразный музыкальный триптих – колоритный, разнохарактерный и оттого крайне интересный. Поэтому появление оперы «Беззащитное существо. Ведьма» является вполне логичным.

«Беззащитное существо» – рассказ о просительнице, которая благодаря своему упрямству, не задумываясь над законностью требований, добивается желаемого.

Порой сила характера не отвечает за глупость, и в своем сочетании может привести к необъяснимым последствиям.

«Ведьма» – философско-психологическое исследование на национальную тему о странном русском человеке, который обожает свое прошлое, ненавидит настоящее и боится будущего, о ментальном пути, зачастую начинающемся с претензии к миру и заканчивающимся безумием.

«Ведьма» – небольшой драматический эпизод, а как много можно исследовать в нем! Сколько любовь имеет масок и как незаметно спадает одна, и является другая, и как опасно бывает, когда спящая душа вдруг пробуждается и, видя свой плен, уже не щадит никого. В чем истинная вера, где грань между суеверием и мракобесием?